История политических и правовых учений: Учебник для вузов

Автор: | Год издания: 2003 | Издатель: Москва: Издательская группа НОРМА–ИНФРА | Количество страниц: 944

§ 8. Политические и правовые учения в Италии в XVIII в.

На рубеже XVIII столетия почти двухвековой социальный застой в Италии, вызванный превращением страны фактически в провинцию испанской короны и усиленным насаждением крепостнически-абсолютистских порядков, уступает место активизации экономической деятельности и общественной жизни. Используя недовольство народных масс феодальными учреждениями, идеологи формировавшейся в ту пору буржуазии требуют создания условий для беспрепятственного развития капиталистического производства. Однако слабо консолидированная, неокрепшая итальянская буржуазия боится полного и резкого разрыва с прошлым и нередко идет на компромиссы с феодально-клерикальными кругами. Эту двойственную политическую позицию разделяют итальянские просветители, в том числе наиболее значительные из них – Дж. Вико и Ч. Беккариа.

Джамбаттиста Вико (1668–1744) был одним из первых мыслителей, кто в целом ряде пунктов предвосхитил научную социологию. Он понимал историю как объективный закономерный процесс, протекающий циклически («Вечная Идеальная История, согласно которой совершаются во времени истории всех наций»). История для Вико– бесконечная вереница человеческих поступков («Социальный мир – несомненно, дело рук человека»), но направляет эти поступки божественное провидение.

Заслуга Вико состоит в том, что в своем главном труде «Основания новой науки об общей природе наций» (1725) он

322 Глава 12. Политические и правовые учения европейского Просвещения

попытался применить историко-сравнительный метод и детерминистский подход также и к объяснению государственно-правовых институтов. Пройденный историей цикл включает три фазы Его начальная стадия – божественная, эпоха богов. Она не знает государственности, не знает юридических норм. Законами здесь служат мистерии и прорицания оракулов, сообщающих людям волю богов. Поскольку право основано тут на сверхъестественном авторитете, оно не допускает, конечно, никакого рационального объяснения. Управляют обществом жрецы Материальные потребности, борьба противоположных устремлений подготовляют возникновение законов и государств. Не в субъективных намерениях индивидов, не в различные уловках и ухищрениях людей, а в объективной необходимости, в логике вещей нужно искать причину появления государства – этого «универсального гражданского блага». Вико остро и метко критикует чисто умозрительные, искусственные построения школы естественного права (концепцию договорного происхождения государства и тому подобные абстракции). Вико не связывает возникновение государства с договором. Каждой форме государственности он указывает свое особое основание, свои причины появления.

На второй фазе исторического цикла, в эпоху героев, государство существует как власть аристократии, которая диктует пропитанные своекорыстием правовые нормы и беспощадно, жестоко подавляет плебеев. Право здесь – право грубой силы. Третья, последняя фаза – эпоха людей. Ей присущи республиканско-демократические устройства или же представительные монархии с достойными человека правами и свободами, обеспечивающими народный суверенитет. Законы тут мудро и гибко сочетают частные интересы со всеобщими, устанавливают равенство между людьми (разумеется, равенство юридическое).

Неаполитанский философ явно идеализировал грядущее буржуазное общество. Однако в тот момент, когда человечество только еще двигалось к нему, эта идеализация носила исторически прогрессивньй характер. Дж. Вико не был, как мы уже знаем, провозвестником «теории круговорота», но, несомненно, именно он в Новое время первым обстоятельно ее разработал и изложил.

Идеи Вико долгое время не получали распространения и признания, чего никак нельзя сказать о воззрениях его соотечественника, родоначальника так называемой классической школы в науке уголовного права Чезаре Беккариа (1738–1794) –

§ 8. Политические и правовые учения в Италии в XVIU в. 323

автора знаменитого труда «О преступлениях и наказаниях». Сторонник естественно-правовой доктрины, Беккариа полагает, что когда-то постоянные войны и произвол вконец утомили индивидов и они, пожертвовав некоторой долей принадлежащей им свободы, соединились, чтобы спокойно и в безопасности наслаждаться остальной ее частью. Сумма частиц пожертвований на общее благо свободы образовала верховную власть нации, которая должна была обеспечить людям нормальное существование под сенью справедливых законов. Но мира и правды нет, кругом насилие и бесправие, поскольку «большая часть законов – не что иное, как привилегия, т.е. подать, наложенная на всех в пользу немногих».

Беккариа, в частности, глубоко возмущен тем положением, при котором за одни и те же проступки богатый и бедный подвергаются разным наказаниям. Порицая какие бы то ни было сословные привилегии, он категорически заявляет, что там, где знатные и власть имущие отделываются пустяками, а простой народ несет всю тяжесть суровых кар, «разрушаются все понятия о справедливости и долге и на их место становится право сильного».

Почему так случилось, что на одном полюсе оказались могущество и счастье, а на другом – лишь унижение и нищета? У Беккариа имеется на сей счет проницательная догадка. Он указывает на материальные корни социальной несправедливости. Право собственности – вот что оставляет в удел большей части человечества одно только нищенское существование.

Для предотвращения преступлений и оздоровления общества Беккариа не предлагает переустройства жизни на совершенно новых принципах. Он ведет речь «о восседающих на престолах Европы благодетельных монархах, покровительствующих мирным добродетелям, наукам и искусствам, отцах своих народов». Он предпочитает говорить об устранении нищеты и постепенном уравнении всех граждан как в нравственных, так и в материальных выгодах, доставляемых обществом; высказывается за всеобщее просвещение и хорошее воспитание; пишет о простых, мудрых законах и равенстве перед ними всех людей, о необходимости строгой законности и точном соблюдении обязательных гарантий прав личности.

Искренняя убежденность Беккариа в неразумности феодальной системы, его гуманизм и талантливая пропаганда передовых воззрений на право и государство объективно сыграли немалую

324 Глава 12 Политические и правовые учения европейского Просвещения

роль в идеологическом оснащении европейских буржуазно-демократических преобразований.

Значение идей, развитых в труде «О преступлениях и наказаниях» (1764), выходит далеко за пределы проблем уголовного права и судопроизводства. Эти идеи защищают такие универсальные ценности, как свобода, честь и достоинство человека, общественный порядок, обеспечиваемый прежде всего не репрессиями, грубой силой, но справедливыми законами, самодисциплиной и высоким сознанием индивидов. Они– весомый вклад Беккариа в разработку европейскими просветителями теории правового государства, принципов либерализма Подобный вклад не мог не сделать мыслитель, убежденный в том, что самым лучшим является социальный строй, при котором достигается максимальное счастье для наибольшего числа людей.