Политология

Автор: | Год издания: 2006 | Издатель: Харків: Изд-во Гуманитарный Центр | Количество страниц: 428

Типология партийных систем

Простейшей является цифровая типология с модификациями, которые сделал Джованни Сартори. Первую попытку упорядочивания подоб­ного типа такого необычайно разнородного явления, каким являются политические партии, предпринял французский политический социо­лог Дювереже. Он выделял организации однопартийные, двухпартий­ные (англосаксонского типа), многопартийные. Недостатком данной типологии является, несомненно, статическое описание партийной системы как чего-то устойчивого и не подверженного изменению. А ведь в ее рамках партии соперничают друг с другом за значение (по­литическую релевантность), которая выражается в доступе к власти. Существуют две меры учета релевантности, т. е. того порога, который партия должна преодолеть при самоорганизации, чтобы участвовать в процессе состязания за мандаты. Первая определяет возможность создания будущей коалиции и относится к потенциальной коалици­онной способности. Вторая мера описывает ситуацию возможности изменения стратегии состязаний одной партией под влиянием дей­ствий другой и относится к потенциалу политического шантажа. Описанные связи между партиями имеют, следовательно, динамич­ный характер, особенно в период выборов и создания правительства, как это понимает Сартори в работе «Партии и партийные системы». Партийная система создает комплекс взаимодействий, которые про­исходят, как правило, в условиях соперничества между партиями. «Она основывается на взаимной зависимости партий друг от друга; каждая из партий является функцией (в математическом смысле) других партий и реагирует в духе соперничества или отсутствия соперничества на поведение остальных партий».

Упомянутая цифровая классификация дополнена версией уже классического исследования ЖанаБлонделя (JeanBlondel) «Партийные системы и паттерны правительств западной демократии» 1968 г. (помимо числа партий, она учитывает также их размеры). Блондель занимается только соперничающими между собой системами, а по­следние начинаются с существования, как минимум, двух партий.

(1)Однопартийная система

Она характерна для тоталитарных государств, где действует принцип моноцентрической власти. Правилом такой системы является лик­видация всякой организованной (как в форме партии, так и в форме иных органов власти) политической конкуренции. Это описание относится также и к ситуации, когда рядом с партией-гегемоном существуют партии-сателлиты (как в случае ПНР или ГДР). Они не оказывают практически никакого влияния на процесс принятия решений, выполняя функцию прикрытия для властной элиты.

(2)Система доминирующей партии

В настоящее время она характерна для неевропейских стран (за ис­ключением Югославии), но, прежде всего, для Африки и Азии (на­пример, Малайзия). Она проявлялась в Индии до восьмидесятых годов, где Индийский национальный конгресс оказывал доминирую­щее влияние на политическую жизнь. Классическим примером этой партийной системы была Мексика, где с двадцатых годов с помощью коррупции и насилия власть осуществляла Революционно-инсти - туциональная партия — РИП (время правления Порфирио Диаса). С восьмидесятых годов происходит эволюция системы, доказатель­ством чего была отмена принципа dedezzo (буквально —наследство, исп. —прим. перев.), т. е. номинирования кандидата в президенты, президентом, уходящим в отставку. Под влиянием развития оппози­ционных партий: правой Партии народного действия и левой Партии демократической революции в Мексике формируется многопартий­ная система. Победа кандидата правых Винценте Фокса (Vincente Fox) на президентских выборах и его партии на парламентских выборах положило конец почти семидесятилетнему правлению РИП.

(3)Четкая двухпартийная система

Касается, в особенности, англосаксонских стран: США—демократи­ческая и республиканская партии, Новая Зеландия — национальная и лейбористская партия, Канада — партия прогрессивных консерва­торов и либеральная партия (хотя в некоторых регионах действуют три партии; Великобритания — с 1945 г. только два раза обе основные британские партии не получили большинства в палате общин. Они представляют левоцентристскую и правоцентристскую альтернативы (опции). Биполярные системы, как отмечает Сартори, имеют тенден­цию возвращаться в центр. Политический центр слаб и не представ­ляет никакой опасности для указанных двух партий. Мы имеем дело с биполярным центром там, где обе партии образуют два таких центра, вокруг которых происходит соперничество. В результате происходит уподобление партий друг другу в сфере программ и признаваемых ценностей (Сартори говорит о небольшой «идеологической дистан­ции») Тогда доминирует центростремительное соперничество.

(4)Нечеткая двухпартийная система

Иную ситуацию мы имеем тогда, когда партийная система «многополярна», тогда мы имеем дело с сильной поляризацией, интенсивность конфликтов велика, а шанс достижения консенсуса мал. Появляются небольшие партии с радикальными программными лозунгами. Эта система обладает сильным центром — благодаря чему преобладает модель центробежного доминирования. Она проявляется в Ирлан­дии, где с 1989 г. партия Фианна Фейл (Fianna Fail) не получила абсо­лютного большинства, партия же ФинГейл (Fine Gael), как правило, управляет при совместном участии малых партий.

(5)Система двух с половиной партий

Эта система отражает политическую ситуацию в Германии. Существо­вали две большие партии, социал-демократы (СДПГ) и христианские демократы (ХДС/ХСС), а также небольшая партия либералов. Партия свободных демократов представляла собой слабый центр, но одновре­менно при отсутствии большинства в парламенте у одной из больших партий она играла роль «оборотной партии» (определение Дж. Смита). В этой ситуации ее коалиционный потенциал был очень велик, она была партнером, которого могли принять как левые, так и правые. Во времена Эриха Менде (Erich Mende) она проводила консерватив­ную политику. В 1949-1966 гг. она была коалиционным партнером христианских демократов. На съезде во Фрайбурге в октябре 1971 г. произошло принятие либералами знаменитых «фрайбургских тезисов» (авторами комментария к программе были либералы младшего поколения — Вальтер Шеель / Walter Scheel /и Фридрих Майхофер /Friedrich Maichofer/). Съезд определил поворот в сторону социального либера­лизма. «Для этого типа социального либерализма свобода и счастье людей —это не только дело юридически гарантированных свободных и человеческих прав, но свобода и права, насыщенные социальными элементами. Здесь речь идет о свободе и правах не только как о чисто формальных гарантиях, но о свободе и правах как о социальном шансе в повседневной действительности обществ». Этот программный пункт означал начало союза с СДПГ в 1972 г., который продолжался вплоть до повторного прихода к власти христианских демократов во главе с Гельмутом Колем (Helmut Kohl).

Представляется, что немецкая система начинает эволюциони­ровать в сторону многопартийной (блоковой) системы. В ситуации, когда под влиянием «тихой революции» (Р. Инглхарт) произошло перемещение по шкале ценностей, появились альтернативные пред­ложения для партии либералов, играющей роль «стрелки весов». Ука­занная эволюция партийной системы является следствием хороших результатов на выборах партии «зеленые»/Союз 90, который вошел в политическую коалицию с СДПГ в 1998 г. Кроме того, присоеди­нение Восточной Германии означало появление на политической сцене посткоммунистической партии — партии демократического социализма (ИДС).

(6)Стабильная многопартийная система

Сартори использует для объяснения данной ситуации определение «умеренно поляризованная». Это означает, что существует два поля соперничества, определенные диадой левый центр-правый центр. Раз политическая система имеет высокий уровень легитимации, то идеологическая дистанция и уровень конфликтности относи­тельно невелики. Если же был достигнут консенсус относительно фундаментальных дел (важных проблем и правил игры), то до­минируют центростремительные тенденции. Консенсус означает небольшую разницу в программах или идеях между отдельными идеологическими «семействами», два из которых наиболее важны. Указанное стремление партии к центру придает партийной системе большую стабильность. Таким образом, можно классифицировать большинство партийных систем Западной Европы.


(7)Нестабильная многопартийная система

В этой системе выступает значительное число политических партий, стабильность которых невелика, между прочим, по причине малой привлекательности «предвыборного призыва». Ведь фрагментация партийной системы может быть результатом нестабильности элек­тората: происходят сильные приливы, а также и отливы тех, кто со­чувствует данной партии. Это приводит нас к анализу общества. Если общество слабо структурировано, уровень выражения интересов низок, так же, как уровень политической культуры, кроме того, оно расколото идеологическими конфликтами, партии оказываются не в состоянии выполнять агрегационные функции. В результате этого идеологическое пространство очень велико, в нем помещаются не только партии протеста, но также и антисистемные партии (т. е. партии, которые делегитимируют своими действиями политическую систему). Появляется большое число небольших партий, которые пред­ставляют, однако, радикальные программы. В результате мы имеем дело с многополярностью, в которой уровень политической конфрон­тации высок, что означает запуск центробежных сил. Партии «центра поля» должны защищаться от лавинного нарастания претензий, вы­двигаемых антисистемными партиями. Дж. Б. Пауэлл мл. в работе «Современные демократии. Партиципация, стабильность и насилие» ((G. В. Powell Jr., 1982) определяет это следующим образом: «В крайне однородном обществе при небольших различиях по существенным вопросам, вероятно, даже пропорциональная система не выдержит множества партий. По контрасту, в обществе, резко разделенном (фрагментированном), партии найдут множество специализированных способов проникнуть к избирателям, что приводит к тому, что много­партийная система наиболее вероятна, раз избирательная и конститу­ционная системы не способствуют консолидации».

Историческими примерами нестабильной партийной системы является Италия восьмидесятых годов ифранцузская IV Республика. Большинство стран Центральной и Восточной Европы находится в ситуации сильной фрагментации партийной системы, несмотря на то, что эволюция в целом прогрессирует в сторону стабильной многопартийной системы.