Теория Политики: учебное пособие

Автора: , | Год издания: 2003 | Издатель: СПб: Изд-во БГТУ |

Лекция 19. Политический процесс

1. Сущность и типы политических процессов
2. Методологические подходы к анализу политических процессов

Лекция 19. Политический процесс

1. Сущность и типы политических процессов

1.1. Понятие политического процесса.


Характеристика политики как процесса, т.е. процессуальный подход, позволяет увидеть особые грани взаимодействия субъектов по поводу государственной власти. Однако в силу того, что по своим масштабам политический процесс совпадает со всей политической сферой, некоторые ученые отождествляют его либо с политикой в целом (Р. Доуз), либо со всей совокупностью поведенческих акций субъектов власти, изменением их статусов и влияний (Ч. Мэрриам). Сторонники же институционального подхода связывают политический процесс с функционированием и трансформацией институтов власти (С. Хантингтон). Д. Истон понимает его как совокупность реакций политической системы на вызовы окружающей среды. Р. Дарендорф делает акцент на динамике соперничества групп за статусы и ресурсы власти, а Дж. Мангейм и Р. Рич трактуют его как сложный комплекс событий, определяющий характер деятельности государственных институтов и их влияние на общество.

Все эти подходы так или иначе характеризуют важнейшие источники, состояния и формы политического процесса. Однако их наиболее существенные отличия от иных основополагающих трактовок мира политики состоят в том, что они раскрывают постоянную изменчивость различных черт и характеристик политических явлении Ориентируясь на рассмотренные подходы, можно считать, что политический процесс представляет собой совокупность всех динамических изменений в поведении и отношениях субъектов, в исполнен ими ролей и функционировании институтов, а также во всех ин элементах политического пространства, осуществляющихся под влиянием внешних и внутренних факторов. Иными словами, категория «политический процесс» фиксирует и раскрывает ту реальную с состояний политических объектов, которая складывается как в соответствии с сознательными намерениями субъектов, так и в результате многообразных стихийных воздействий. В этом смысле политический процесс исключает какую-либо заданность или предопределенность в развитии событий и делает акцент на практических видоизменениях явлений. Таким образом, политический процесс раскрывает движение, динамику, эволюцию политических явлений, конкретное изменение их состояний во времени и пространстве.

В силу такой интерпретации политического процесса его центральной характеристикой выступает изменение, которое означает любые модификации структуры и функций, институтов и форм, постоянных и переменных черт, темпов эволюции и других параметров политических явлений Изменения означают как трансформацию свойств, которые не затрагивают основных структур и механизмов власти (например, могут меняться лидеры, правительства, отдельные институты, но ведущие ценности, нормы, способы отправления власти сохраняются в прежнем качестве), так и модификацию несущих, базовых элементов, которые в совокупности способствуют достижению системой нового качественного состояния.

В науке сложилось множество представлений об источниках, механизмах и формах изменений. Например, Маркс видел основные причины политической динамики во влиянии экономических отношений, Парето связывал их с циркуляцией элит, Вебер — с деятельностью харизматического лидера, Парсонс — с исполнением людьми различных ролей и т.д. Однако чаще всего в качестве основного источника политических изменений называют конфликт.

Конфликт — один из возможных вариантов взаимодействия политических субъектов. Однако из-за неоднородности общества, непрерывно порождающего неудовлетворенность людей своим положением, различия во взглядах и иные формы несовпадения позиций, как правило, именно конфликт лежит в основе изменений поведения групп и индивидов, трансформации властных структур, развития политических процессов. Как источник политического процесса конфликт представляет собой разновидность (и результат) конкурентного взаимодействия двух и более сторон (групп, государств, индивидов), оспаривающих друг у друга распределение властных полномочий или ресурсов.

1.2. Структура и акторы политического процесса.

Некоторые исследователи полагают, что политический процесс — стихийное явление, имеющее иррациональный характер, зависящее от воли и характера людей, прежде всего политических лидеров. Значимость случайных явлений и событий особенно заметна на микроуровне. Однако общий характер политической деятельности как целедостижения, а также институциональный и прочие контексты данной деятельности (правила, определенные формы и способы поведения, традиции, господствующие ценности и т.п.) делают политический процесс в целом упорядоченным и осмысленным. Он представляет собой логически разворачиваемую последовательность взаимодействий между акторами.

Таким образом, политический процесс — целостное явление, поддающееся структурированию и научному анализу. Непредсказуемость и кажущуюся необъяснимость тех или иных событий следует рассматривать в основном как следствие несовершенства научного аппарата и инструмента.

Структура политического процесса может быть описана с помощью анализа взаимодействия между различными политическими акторами, а также посредством выявления динамики (основных фаз политического процесса, смены этих фаз и т.п.) этого явления. Большое значение имеет также выяснение факторов, влияющих на политический процесс. Таким образом, структуру политического процесса можно определить как совокупность взаимодействий между акторами, а также их логической последовательности («сюжета» политического процесса). Каждый отдельно взятый политический процесс имеет свою собственную структуру и, соответственно, свой собственный «сюжет». Акторы, совокупность их взаимодействий, последовательность, динамика или сюжет, временные единицы измерения, а также факторы, влияющие на политический процесс, обычно носят название параметры политического процесса.

Основными акторами политического процесса являются политические системы, политические институты (государство, гражданское общество, политические партии и т.д.), организованные и неорганизованные группы людей, а также индивиды.

Политический институт — воспроизводимая с течением времени совокупность норм и правил, а также организационного потенциала, упорядочивающих политические отношения в определенной сфере политической жизни.

Основным властным институтом, одним из основных акторов политического процесса, выступает государство. Другим важным актором политического процесса является гражданское общество, которое тоже может рассматриваться как политический институт. Следует заметить, что государство и гражданское общество как политические акторы формируются в Европе и США примерно в период Нового времени под влиянием происходящих модернизационных изменений. Именно с этого времени складывается основной институт власти в обществе, обладающий монополией на принуждающее насилие на определенной территории, — государство. В то же время, под влиянием этого процесса происходит формирование своеобразной антитезы государства — гражданского общества.

Менее масштабными акторами политического процесса являются партии, группы интересов, а также индивиды и группы людей.

Индивиды и группы могут участвовать в политике не только в институциональной форме, например голосуя на выборах, но и в неинституциональных формах, в форме стихийных массовых выступлениях.

Люди отличаются различной степенью активности в политике. Многие не слишком активны, но в целом участвуют в большей части институциализованных процессов. Некоторые лишь наблюдают со стороны, не только не принимая активного участия в политической жизни, но и не участвуя в выборах, не читая газет и т.п. Другие же, обычно это меньшинство граждан, напротив, принимают самое активное участие в политической жизни.

Для достижения групповых целей индивиды могут создавать специальные группы, отличающиеся различной степенью институциализации — от случайной группы, образованной на митинге, до высокоорганизованной, носящей постоянный характер и действующей по строгим правилам группы интересов. От степени институциализации политической деятельности зависит не только достижение конкретных целей (оно, как правило, тем эффективнее, чем выше степень институциализации), но и воспроизводимость, повторяемость, регулярность каких-либо политических отношений, их закрепление в правилах и нормах.

При анализе политического процесса следует учитывать характер взаимодействия между его субъектами. Здесь важно отметить, что характер взаимодействия во многом зависит от масштаба политического процесса и акторов. В частности, характер взаимодействия между политической системой и средой будет определяться уровнем эволюционного развития системы и среды, например степенью внутренней дифференциации. В то же время характер взаимодействия между акторами, в частности между гражданином и определенной партией, будет определяться другими параметрами: институциональными условиями, особенностями партийного развития, местом партии в политический системе, социально-психологическими особенностями развития личности и т.п. В целом, абстрагируясь от специфики политических процессов и акторов, чаще всего характер взаимодействия между акторами описывается в терминах конфронтации, нейтралитета, компромисса, союза, консенсуса.

Можно выделить две группы факторов политического процесса: «внутренние» и «внешние». К «внешним» относятся среда (социально-экономические, социокультурные и прочие условия) и ее воздействие, системные, но «внешние» для данного политического процесса политические обстоятельства, такие как правила и условия политической игры, «внешние» политические события и т.п. К «внутренним» можно отнести такие параметры, как характеристика акторов, их целей и намерений, распределение властных ресурсов, логика и «сюжетика» политического процесса.

Важным параметром политического процесса является его членение на этапы. Политические процессы различного рода дают пример сочетания разных этапов. Разнохарактерность и равномерность процессов приводит к тому, что выделить какие-либо этапы, общие для всех типов процессов, достаточно сложно. Различными будут этапы функционирования политической системы, электорального процесса или процесса создания и функционирования политической партии. Поэтому выделение конкретных этапов целесообразно, применительно к определенным типам политических процессов.

Большинство взаимодействий политических акторов касаются осуществления публичной власти. В силу этого обстоятельства особенно велика значимость процесса принятия и реализации политических решений. Анализ этого процесса является одной из наиболее популярных тем зарубежной политической науки. Среди исследователей нет единого мнения относительно количества и содержания его этапов. Обобщая различные подходы, можно выделить следующие основные фазы:

- постановка проблемы (сбор необходимой информации о существующих проблемах, общественных запросах и возможных путях решения, определение первостепенных и второстепенных проблем);

- формулирование альтернативных решений;

- сравнительный анализ и выбор наиболее эффективного решения;

- формулирование государственного решения и его легитимация (путем принятия законов, голосования и проч.);

- реализация принятых решений;

- контроль за реализацией и осуществление «обратной связи».

Если обратиться к процессу функционирования всей политической системы, то набор этапов будет существенно отличаться, так как будет учитываться взаимодействие системы со средой. Вместе с тем известные в науки попытки выделения основных этапов этого процесса также сконцентрированы на принятии и реализации управленческих решений. «Классическим набором» фаз является выделение основных этапов Г.Алмондом и Г.Пауэлом:

1. Артикуляция индивидуальных и групповых интересов.

2. Агрегирование этих интересов (их объединение в единой позиции).

3. Выработка политического курса.

4. Реализация принятых решений.

5. Контроль за исполнением этих решений.

Необходимо отметить, что данная модель отражает лишь один из типов политического процесса и не может рассматриваться как универсальная.

1.3. Политические изменения и их типы.

Политические изменения представляют собой специфический тип социальных изменений, связанный, прежде всего с переменами в механизме властной регуляции общества. Политическая система под воздействием качественных изменений в социальной среде постоянно находится в движении и развитии. Фактически не существует двух идентичных друг другу состояний одной и той же политической системы. Следовательно, политические изменения представляют собой трансформации институциональных структур, процессов и целей, затрагивающие распределение и отправление властных полномочий по управлению развивающимся обществом. Политические изменения могут происходить либо путем приспособления системы к новым требованиям социальной среды, либо путем смены одной системы, неспособной сохранить себя, другой. В рамках одного общества политические изменения, оказывающие широкое и устойчивое воздействие на общество, можно определить как революцию. Революция представляет собой радикальный тип политических изменений, в результате которых прерывается прежняя политическая традиция и воспроизводится новая политическая система. В XX веке политический процесс России неоднократно менялся под воздействием революций. В 1905 г., дважды в 1917 г. и в 1991 г. произошли революционные изменения в политической системе общества, в результате которых трансформировались государственные и политические структуры, процессы и цели, затрагивающие распределение и отправление властных полномочий по управлению российским обществом.

Революцию как тип политических изменений следует отличать от государственного переворота. Последний есть внезапная и неконституционная смена правящих элит, которая сама но себе не сопряжена с какими-либо глубокими переменами в общественных отношениях. Революции и государственные перевороты не представляют собой наиболее распространенный тип политических изменений, хотя и всегда вызывают постоянный общественный интерес. Наиболее распространенным типом изменений является приспособление системы к новым требованиям или переменам в социальной среде. Такого рода изменения происходят постоянно в любой нормально функционирующей политической системе. Они могут быть связаны с перераспределением политического влияния в рамках данного общества, с внесением конституционных изменений в структуру властных отношений в пределах одной и той же политической системы и т.д.

Сознательные, системные изменения, оказывающие широкое и устойчивое воздействие на общество, но воспроизводящие прежнюю политическую систему, можно определить как реформу. Реформы приводят к изменению состояния общественных и политических отношений в рамках сложившейся политической системы. Поэтому важнейшей характеристикой политического процесса является способ или режим осуществления политической власти (воспроизводства политической системы). Реформа политических отношений, изменяющая конституционно-правовые методы и способы осуществления политической власти в рамках одной политической системы, создает определенный политический режим. Следовательно, понятие политического режима характеризует политический процесс с точки зрения функционирования и самовоспроизводства определенной политической системы данного общества.

В зависимости от выбора постоянных и переменных характеристик политических изменений в политической науке сложилось два подхода: контекстуальный и институционалистский. Первый подход основывается на идеи первичной роли социального контекста, социальной среды, социально-экономической, социокультурной обусловленности политико-институциональных изменений (Р. Арон, Р. Даль, С. Липсет). Второй подход акцентирует внимание на внутренней институциональной структуре политического процесса. Характер и успех социальных изменений прежде всего зависит от уровня политической институционализации. Возможны самые разнообразные колебания социальной среды, экономические кризисы и общественные выступления, но все в конечном итоге зависит от эффективности и адаптивной реакции институциональных механизмов управлять обществом, поддерживать в нем стабильность (С. Хантингтон, Т. Сколпол, Д. Марч).

Многообразие источников и форм политических изменений выражается в определенных способах существования политических явлений, а именно: функционировании, развитии и упадке.

Функционирование политических явлений не выводит взаимоотношения, формы поведения граждан или исполнение институтами государственной власти их непосредственных функций за рамки сложившихся базовых значений. Например, на уровне общества в целом - это способ поддержания сложившейся политической системы, воспроизводства того равновесия сил, которое отражает их базовые отношения, продуцирования основных функций структур и институтов, форм взаимодействия элиты и электората, политических партий и органов местного самоуправления и т.д. При таком способе изменений традиции и преемственность обладают неоспоримым приоритетом перед любыми инновациями.

Второй способ политических изменений — это развитие. Он характеризует такие модификации базовых параметров политических явлений, которые предполагают дальнейший позитивный характер эволюции последних. Например, в масштабе социума развитие может означать такие изменения, при которых политика государства выводится на уровень, позволяющий властям адекватно отвечать на вызовы времени, эффективно управлять общественными отношениями, обеспечивать удовлетворение социальных требований населения. Такой характер политических изменений содействует повышению соответствия политической системы изменениям в других сферах общественной жизни, совершенствованию ее способностей к применению гибких стратегий и технологий властвования с учетом усложнения интересов различных социальных групп и граждан.

И, наконец, третья разновидность изменений — это упадок, характеризующий такой способ трансформации сложившихся базовых форм и отношений, который предполагает негативную перспективу эволюции политического явления. По мысли П. Струве, упадок есть «регрессивная метаморфоза» политики. В состоянии упадка политические изменения характеризуются нарастанием энтропии и преобладанием центробежных тенденций над интеграционными. Поэтому упадок по существу означает распад сложившейся политической целостности (например, падение политического режима, роспуск партии, захват государства внешними силами и т.д.). В масштабах общества такие изменения могут свидетельствовать о том, что принимаемые режимом решения все меньше помогают ему эффективно управлять и регулировать социальные отношения, вследствие чего режим теряет достаточную для своего существования стабильность и легитимность.

1.4. Особенности политических процессов

Совпадая по своим масштабам со всем политическим пространством, политический процесс распространяется не только на конвенциональные (договорные, нормативные) изменения, которые характеризуют поведенческие акции, отношения и механизмы конкуренции за государственную власть, отвечающие принятым в обществе нормам и правилам политической игры. Наряду с этим политические процессы захватывают и те изменения, которые свидетельствуют о нарушении субъектами их ролевых функций, зафиксированных в нормативной базе, превышение ими своих полномочий, выход за пределы своих политических ниш. Тем самым в содержание политического процесса попадают и изменения, которые имеют место в деятельности субъектов, не разделяющих общепринятые стандарты в отношениях с государственной властью, например, деятельность партий, находящихся на нелегальном положении, терроризм, криминальные деяния политиков в сфере власти и т.п.

Отражая реально сложившиеся, а не только планируемые изменения, политические процессы обладают ярко выраженным ненормативным характером, что объясняется наличием в политическом пространстве разнообразных типов движения (волнового, циклического, линейного, инверсионного, т.е. возвратного, и др.), обладающих собственными формами и способами трансформации политических явлений, сочетание которых лишает последние строгой определенности и устойчивости.

С этой точки зрения политический процесс представляет собой совокупность относительно самостоятельных, локальных трансформаций политической деятельности субъектов (отношений, институтов), которые возникают на пересечении самых разнообразных факторов и параметры которых не могут быть точно определены, а тем более спрогнозированы. При этом политический процесс характеризует дискретность изменений или возможность модификации одних параметров явления и одновременно сохранения в неизменном виде других его черт и характеристик (например, изменение состава правительства может сочетаться с сохранением прежнего политического курса). Уникальность и дискретность изменений исключает возможность экстраполяции (перенесения значений современных фактов на будущее) тех или иных оценок политического процесса, затрудняет политическое прогнозирование, ставит пределы предвидению политических перспектив.

В то же время каждый тип политических изменений обладает собственной ритмикой (цикличностью, повторяемостью), сочетанием стадий и взаимодействий субъектов, структур, институтов. Например, электоральный процесс формируется в связи с избирательными циклами, поэтому политическая активность населения развивается в соответствии с фазами выдвижения кандидатов в законодательные или исполнительные органы власти, обсуждения их кандидатур, избрания и контроля за их деятельностью. Собственный ритм политическим процессам могут задавать решения правящих партий. В периоды же качественной реформации общественных отношений решающее влияние на характер функционирования государственных учреждений и способы политического участия населения оказывают не решения высших органов управления, а отдельные политические события, изменяющие расстановку и соотношение политических сил. Такой «рваный» ритм способны задать политическому процессу военные перевороты, международные кризисы, стихийные бедствия и т.д.

Отражая реальные, практически сложившиеся изменения в политических явлениях, политический процесс непременно включает в свое содержание и соответствующие технологии и процедуры действий. Иными словами, политический процесс демонстрирует тот характер изменений, который связан с деятельностью конкретного субъекта, применяющего в то или иное время и в том или ином месте привычные для него способы и приемы деятельности. Поэтому применение разных технологий решения даже однородных задач предполагает различные по характеру изменения. Таким образом, без этого технократического звена политические изменения приобретают абстрактный характер, теряя свою специфичность и конкретно-историческую оформленность.
1.5. Типология политических процессов

Проявление указанных особенностей политического процесса в различных временных и прочих условиях предопределяет и возникновение его разнообразных типов. Так, с содержательной точки зрения выделяются внутриполитические и внешнеполитические (международные) процессы. Они различаются специфической предметной сферой, особыми способами взаимодействия субъектов, функционирования институтов, тенденциями и закономерностями развития.

С точки зрения значимости для общества тех или иных форм политического регулирования социальных отношений политические процессы можно подразделить на базовые и периферийные. Первые из них характеризуют те разнообразные изменения в различных областях политической жизни, которые касаются модификации ее базовых, системных свойств. К ним можно отнести, например, политическое участие, характеризующее способы включения широких социальных слоев в отношения с государством, формы преобразования интересов и требований населения в управленческие решения, типичные приемы формирования политических элит и т.п. В таком же смысле можно говорить и о процессе государственного управления (принятии решений, законодательном процессе и др.), определяющем основные направления целенаправленного использования мате­риальной силы государства. В то же время периферийные политические процессы выражают изменения в не столь значимых для общества областях. Например, они раскрывают динамику формирования отдельных политических ассоциаций (партий, групп давления и т.д.), развитие местного самоуправления, других связей и отношений в политической системе, не оказывающих принципиального влияния на доминирующие формы и способы отправления власти.

Политические процессы могут отражать изменения, протекающие в явной или скрытой форме. К примеру, явный политический процесс характеризуется тем, что интересы групп и граждан систематически выявляются в их публичных притязаниях к государственной власти, которая в свою очередь делает доступной для общественного контроля фазу подготовки и принятия управленческих решений. В противоположность открытому скрытый, теневой процесс базируется на деятельности публично не оформленных политических институтов и центров власти, а также на властных притязаниях граждан, не выраженных в форме обращения к официальным органам государственного управления.

Политические процессы разделяются также на открытые и закрытые. Последние означают тот тип изменений, который может быть достаточно однозначно оценен в рамках критериев лучшее/худшее, желательное/нежелательное и т.д. Открытые же процессы демонстрируют такой тип изменений, который не позволяет предположить, какой — позитивный или негативный для субъекта — характер имеют сложившиеся трансформации или какая из возможных в будущем стратегий более предпочтительна. Например, при развитии международных кризисов или реформировании переходных общественных отношений нередко в принципе невозможно понять, несут ли субъекту выгоду совершаемые им действия, как вообще оценить складывающуюся обстановку, какие в связи с этим предпочесть альтернативы и т.д. Иначе говоря, такой тип процессов характеризует изменения, совершающиеся в предельно неясных и неопределенных ситуациях, которые предполагают повышенную гипотетичность как свершаемых, так и планируемых действий.

Важным является и подразделение политических процессов на стабильные и переходные. Стабильные политические процессы выражают ярко очерченную направленность изменений, преобладание определенного типа властных отношений, форм организации власти, предполагающих устойчивое воспроизведение политических отношений даже при сопротивлении тех или иных сил и тенденций. Внешне они могут характеризоваться отсутствием войн, массовых протестов и других конфликтных ситуаций, грозящих свержением или изменением правящего режима. В нестабильных же процессах отсутствует четкое преобладание тех или иных базовых свойств организации власти, исключающих возможность качественной идентификации изменений. В этом смысле отправление власти осуществляется в условиях как неравновесности влияния основных (экономических, социальных, ценностных, правовых) предпосылок, так и несбалансированности политической активности основных субъектов в политическом пространстве.

В науке представлены и попытки типологизировать политические процессы на цивилизационной основе. Так, Л. Пай выделял «незападный» тип политического процесса, относя к его особенностям склонность политических партий претендовать на выражение мировоззрения и представление образа жизни; большую свободу политических руководителей в определении стратегии и тактики структур и институтов, наличие резких различий в политических ориентациях поколений; интенсивность политических дискуссий, слабо связанных с принятием решений, и т.д.

Л. Пай разграничил политические процессы западного и незападного типа. В статье «Незападный политический процесс» он формулирует 17 пунктов, по которым различаются политические процессы в западных и незападных обществах.

1. В незападных обществах нет четкой границы между политикой и сферой общественных и личных отношений.

2. Политические партии склонны претендовать на выражение мировоззрения и представительство образа жизни.

3. В политическом процессе преобладают клики.

4. Характер политических ориентации предполагает, что руководству политических группировок принадлежит значительная свобода в определении стратегии и тактики.

5. Оппозиционные партии и стремящиеся к власти элиты часто выступают в качестве революционных движений.

6. Политический процесс характеризуется отсутствием интеграции среди участников, что является следствием отсутствия в. обществе единой коммуникационной системы.

7. Политический процесс отличается значительными масштабами рекрутирования новых элементов для исполнения политических ролей.

8. Для политического процесса типично резкое различие в политических ориентациях поколений.

9. Незападные общества отличаются незначительностью консенсуса в отношении узаконенных целей и средств политического действия.

10. Интенсивность и широта политической дискуссии мало связаны с принятием политических решений.

11. Отличительной чертой политического процесса является высокая степень совмещения и взаимозаменяемости ролей.

12. В политическом процессе слабо влияние организованных групп интересов, играющих функционально специализированные роли.

13. Национальное руководство вынуждено апеллировать к народу как к единому целому, не различая в нем социальные группы.

14. Неконструктивный характер незападного политического процесса вынуждает лидеров придерживаться более определенных взглядов во внешней, а не во внутренней политике.

15. Эмоциональные и символические аспекты политики оттесняют на второй план поиски решений конкретных вопросов и общих проблем.

16. Велика роль харизматических лидеров.

17. Политический процесс обходится в основном без участия «политических брокеров».

2. Методологические подходы к анализу политических процессов

2.1. Институциональный подход

Институциональный подход к анализу политических процессов — один из самых «старых» методологических подходов. Достаточно продолжительное время (примерно до 30-х гг. 20-го столетия) институциональный подход составлял одну из доминирующих методологических традиций в США и Великобритании. Основное внимание его представители уделяли изучению весьма важного аспекта политического процесса — политических институтов. Вместе с тем, анализу подвергались только институты, носящие формально-правовой характер. Институционалисты изучали формально-правовые аспекты государственного управления, в частности конституционные документы и реализацию их положений на практике.

С течением времени институционализм претерпел значительную эволюцию, общая тенденция которой заключалась в восприятии некоторых принципов других методологических подходов. В рамках современного институционализма иногда выделяют три основных подхода, для каждого из которых характерна в той или иной степени эта тенденция: конституционные исследования, public administration (в российской политической науке чаще всего его переводят как государственное и муниципальное управление) и так называемый новый институционализм.

Конституционные исследования, пережившие в 70-х гг. значительный подъем, в настоящее время представлены, главным образом, в Великобритании. Это направление сохранило сочетание формально-легального и либерально-реформистского подходов.

Основное внимание конституционалисты уделяют изменениям в британской политике, сравнению практики конституционных соглашений и т.п. Несмотря на сохранение традиционного подхода, конституционалисты пытаются избежать былого формализма в исследовании институтов, анализируя «институты в действии», то есть то, как в институтах реализуются цели и намерения людей. Кроме того, исследования современных конституционалистов, в большей степени по сравнению с их предшественниками, опираются на обобщающие теории.

Представители public administration основное внимание уделяют изучению институциональных условий для государственной службы. Помимо изучения формальных моментов, а также истории, структуры, функций и «членства» в государственных структурах управления, эти ученые анализируют также вопросы эффективности государственной службы. С задачами выявления эффективности государственных структур связано и сочетание анализа формальной организации с поведенческими аспектами. Вместе с тем признается, что изучение поведенческих аспектов может дать плодотворные результаты лишь в том случае, когда учитываются институциональные условия.

Новый институционализм в отличие от других направлений подчеркивает более самостоятельную роль политических институтов в политическом процессе. Это направление также значительно отличается от традиционного институционализма тем, что неоинституционализм воспринял ряд принципов других методологических подходов. От «классического» институционализма его отличает, в первую очередь, более широкая трактовка понятия «институт», пристальное внимание к теории развития и использованию количественных методов анализа.

Неоинституционалисты не ограничиваются простым описанием институтов, а пытаются выявить «независимые переменные величины», определяющие политику и административное поведение. В частности, большое внимание уделяется исследованию неформальной структуры политических институтов, а также предпринимаются попытки дополнить анализ поведенческим подходом. Так, например, неоинституционалистов волнует вопрос: влияет ли форма правления (парламентская или президентская) на поведение политических акторов или она представляет собой лишь формальное различие. Некоторые неоинституционалисты концентрируют внимание также на результатах деятельности ин­ститутов.

Заслугой неоинституционалистов является то, что благодаря ему, можно вести речь об институтах с более широких компаративистских позиций. Он представляет исследователям возможность выяснить, имеет ли институциональная динамика разных режимов больше сходства между собой, чем это может показаться из отдельных описаний, предпринятых учеными, ориентированными на исследование одной страны или даже региона. Применение одного из вариантов институционального анализа не гарантирует успеха такого сравнения, но вооружает ученого необходимым набором средств для его проведения.

2.2. Бихевиорализм.

Преодолеть недостатки нормативного и институционального подхода было призвано так называемое бихевиоральное научно-методологическое направление. С его появлением связана настоящая революция в области политических исследовании, произошедшая в 1930-х гг. и изменившая их облик. Основной расцвет бихевиорального направления пришелся на 1950—1960 гг. нынешнего столетия, когда оно занимало одно из ведущих позиций в социальных науках.

Инициаторами и последователями бихевиорального подхода к анализу политических процессов были, в первую очередь, представители Чикагской школы американской политической науки. Это такие ученые, как Б. Берельсон, П. Лазерсфельд, Г. Лассуэл, Ч. Мерриам, Л. Уайт и др.

Основное внимание представители бихевиорального направления уделяли не политическим институтам (например, государству), а механизмам осуществления власти. Предметом их анализа явилось политическое поведение на индивидуальном и социально-агрегированном уровне (в группах, социальных институтах и т.д.). В поле зрения бихевиоралистов оказались многочисленные аспекты политического процесса, связанные с политическим поведением, такие как голосование на выборах, участие в других раз­личных формах политической активности, в том числе и в неконвенциональных формах (демонстрации, забастовки и т.п.), лидерство, деятельность групп интересов и политических партий и даже субъектов международных отношений. Изучая эти разнообразные аспекты, они пытались ответить на вопрос: почему люди в политике ведут себя определенным образом.

Помимо особенностей предмета исследования, отличительными признаками бихевиорализма были и его основные методологические принципы: исследование поведения людей путем наблюдения и эмпирическая проверка выводов.

Как отмечает Д. Истон, «бихевиоралисты были в гораздо большей степени, чем их предшественники, склонны к теоретическим изысканиям. Поиск систематических объяснений, основанных на объективном наблюдении, привел к изменению самого понятия теории. В прошлом теория традиционно имела философский характер. Главной ее проблемой было достижение «достойной жизни». Позднее теория приобрела по преимуществу историческую окраску, и ее целью стал анализ происхождения и развития политичес­ких идей прошлого. Бихевиоралистская же теория была ориентирована на эмпирическое применение и видела свою задачу в том, чтобы помочь нам объяснить, понимать и даже, насколько это возможно, предсказывать политическое поведение людей и функционирование политических институтов».

Необходимость проверки гипотезы с помощью исследования всех случаев или их репрезентативного количества обусловила использование бихевиоралистами количественных методов анализа, таких как статистические методы, моделирование, опросные методы, метод наблюдения и т.п. Во многом благодаря бихевиоралистам эти методы получили широкое применение в рамках политической науки. Постепенно их применение стало рассматриваться представителями данного научного подхода как одна из основных проблем науки. Появились специальные учебные курсы, пособия и т.п.

Вместе с тем бихевиорализм был несвободен от некоторых недостатков и спорных моментов. Чаще всего это методологическое направление подвергали критике за следующие типические особенности, которые выделяет Д. Истон:

- попытку дистанцироваться от политической реальности и абстрагироваться от «особой ответственности» по практическому применению знаний, которую накладывают занятия профессиональной наукой;

- концепцию научности процедуры и методов, которая уводила исследователя от изучения самого индивида, мотивов и механизма его выбора («внутреннего» поведения) к исследованию условий, которые влияют на действия («внешнее» поведение людей). Это могло привести к тому, что политическая наука превратится в «бессубъектную и нечеловеческую» дисциплину, в рамках которой изучение человеческих намерений и целей занимает достаточно скромное место;

- «предположение, что одна только бихевиоральная политическая наука свободна от идеологических посылок»;

- неспособность к изучению ценностных аспектов политических отношений;

- индифферентное отношение к возникающей фрагментации знания, несмотря на необходимость его использования для решения комплекса социальных проблем.

Кроме того, среди недостатков данного подхода необходимо отметить отсутствие системного взгляда на политические процессы и игнорирование историко-культурного контекста.

Отмеченные недостатки бихевиорализма, его неспособность дать ответы на многие вопросы политической жизни, предсказать некоторые политические события вызвали кризис этого направления и породили, по меткому замечанию Д. Истона, так называемую «постбихевиоральную революцию», которая ознаменовалась возникновением некоторых новых методологических направлений.

В то же время часть исследователей продолжила работу в бихевиоральной традиции, пытаясь адаптировать основные положения этого методологического подхода к велению времени. В настоящее время «постбихевиоральному бихевиорализму» присущи следующие характерные черты: признание значения не только тех теорий, которые имеют эмпирическое происхождение, но и остальных при сохранении принципа верификации; отказ от принципа полной верификации, признание значимости частичной верификации; отсутствие абсолютизации технических приемов, допущение использования качественных методов анализа и исторического подхода; признание неизбежности и значимости ценностного подхода (возможности оценки изучаемого явления).

2.3. Структурно-функциональный анализ.

Другой попыткой преодолеть недостатки бихевиорализма стало развитие структурно-функционального подхода.

Сторонники структурно-функционального анализа представляют общество как систему, включающую в себя устойчивые элементы, а также способы связей между этими элементами. Эти элементы, а также способы связи между ними образуют структуру системы. Каждый из элементов выполняет определенную функцию, которая является важной для поддержания системы в целостности.

Согласно структурно-функциональному подходу, общество можно представить как совокупность крупных элементов (подсистем), а также как совокупность отдельных позиций, занимаемых индивидами, и ролей, соответствующих этим позициям. Состояние и поведение крупных элементов и индивидов объясняется, в первую очередь, потребностями в выполнении функций и ролей. Поэтому главной задачей исследования, по мнению, представителей данного подхода, является выявление элементов системы, их функций и способов связи между ними.

Основателем структурно-функционального анализа считают Т. Парсонса, положившего начало системному взгляду на политический процесс. Т. Парсонс выделяет четыре крупных элемента общества: экономическую, политическую, социетальную и культурную подсистемы. Каждая подсистема выполняет определенную функцию, важную для поддержания целостности системы. Экономическая подсистема выполняет функцию адаптации к внешней по отношению к обществу среде; политическая выполняет функцию достижения общих для общества целей; социетальная — функцию интеграции; культурная — воспроизводство культурных образцов. В свою очередь, каждая из подсистем может быть также представлена как система с соответствующими характеристиками.

Структурно-функциональный подход явился основой для создания теории политических систем, уделявший большое внимание факторам, которые обуславливают стабильность политической системы.

Основные заслуги данного методологического подхода заключаются в следующем. Возникновение теорий политической системы и структурно-функционального подхода в целом сделало возможным появление теории, основанной на вычленении универсальных компонентов политического процесса. Структурный функционализм способствовал включению в сферу анализа политического процесса макропоказателей и макроструктур и созданию исследовательского инструмента, пригодного для научного кросснационального сравнения. Возникновение этого подхода благоприятствовало также значительному расширению сферы сравнительных исследований, в которую была включена, в частности, боль­шая группа стран Азии, Африки и Латинской Америки (страны «третьего мира»). Кроме того, его появление благоприятно сказалось на развитии исследований неформальных механизмов функционирования государства и других политических институтов.

Вместе с тем структурно-функциональный подход был несвободен от некоторых недостатков: недостаточно внимания уделялось микроуровню анализа политических процессов; политическое поведение людей рассматривалось как производное от их функционального статуса, недооценивалась самостоятельность и активность политических акто­ров, а также влияние социальных факторов; недостаточное внимание уделялось изучению причин и механизма конфликтов, что послужило причиной неспособности объяснить конфликтные политические процессы (например, войны и социально-политические конфликты 60-х гг.)

Вместе с тем наличие несомненных достоинств структурного функционализма обусловило то, что данный методологический подход, несмотря на пережитый им в 60—70-х гг. кризис, и по сей день широко применяется при анализе политического процесса. Как показывает практика, наилучшие результаты дает его применение в совокупности с элементами других методологических подходов.

2.4. Социологический подход.

Одним из подходов к исследованию политических процессов, уделяющих значительное внимание анализу среды, является социологический подход. Он предполагает анализ воздействия социальных и социокультурных факторов.

Влияние социальных и социокультурных факторов может проявляться не только в особенностях индивидуальных или групповых политических акторов в виде интересов, политических установок, мотивов, способов поведения и т.п. Это влияние может также проявляться в виде специфики «разделения» труда в политике, распределения властных ресурсов, а также особенностей отдельных политических институтов. Социальные и социокультурные факторы могут оказывать влияние и на структурные характеристики политической системы. Социальный и социокультурный контекст во многом определяют значения («смыслы») тех или иных действий, а также специфику сюжета политического процесса. Поэтому анализ этих факторов является неотъемлемой частью исследования политического процесса.

Как правило, такой анализ проводится в рамках такой субдисциплины, как политическая социология. Эта субдисциплина моложе политологии и социологии, на стыке которых она и появилась: ее официальное признание произошло в 50-е гг. 20 в. Нередко крупные политологи являются одновременно и политическими социологами. Среди них можно назвать такие имена, как С. Липсет, X. Линц, Дж. Сартори, М. Каазе, Р. Арон и многие другие. Специфика этой субдисциплины заключается в том, что, она представляет собой, по меткому выражению Дж. Сартори, «междисциплинарный гибрид», использующий социальные и политические независимые переменные для объяснения политических явлений.

2.5. Теория рационального выбора.

Теория рационального выбора была призвана преодолеть недостатки бихевиорализма, структурно-функционального анализа и институционализма, создав теорию политического поведения, в которой человек бы выступал независимым, активным политическим актором, теорию, которая позволяла бы посмотреть на поведение человека «изнутри», учитывая характер его установок, выбор оптимального поведения и т.п.

В политическую науку теория рационального выбора пришла из экономической науки. «Отцами-основателями» теории рационального выбора считаются Э. Даунс (сформулировал основные положения теории в своем труде труд «Экономическая теория демократии»), Д. Блэк (ввел в политическую науку понятие предпочтений, описал механизм их трансляции в результаты деятельности), Г. Симон (обосновал концепцию ограниченной рациональности и продемонстрировал возможности применения парадигмы рационального выбора), а также Л. Шаплей, М. Шубик, В. Райкер, М. Олсон, Дж. Бьюкенен, Г. Таллок (разрабатывали «теорию игр»).

Сторонники теории рационального выбора исходят из следующих методологических посылок:

Во-первых, методологический индивидуализм, то есть признание того, что социальные и политические структуры, политика и общество в целом вторичны по отношению к индивиду. Именно индивид производит своей деятельностью институты и отношения. Поэтому интересы индивида определяются им самим, так же как и порядок предпочтений.

Во-вторых, эгоизм индивида, то есть его стремление максимизировать собственную выгоду. Сторонники теории рационального выбора считают, что избиратель решает, прийти ли ему на избирательные участки или нет, в зависимости от того, как он оценивает выгоду от своего голоса, голосует также исходя из рациональных соображений пользы.

В третьих, рациональность индивидов, то есть их способность располагать свои предпочтения в соответствии со своей максимальной выгодой. Как писал Э. Даунс, «каждый раз, когда мы говорим о рациональном поведении, мы имеем в виду рациональное поведение, изначально направленное к эгоистическим целям». При этом индивид соотносит ожидаемые результаты и затраты и, стремясь максимизировать результат, пытается одновременно минимизировать затраты.

В-четвертых, обмен деятельностью. Индивиды в обществе действуют не одни, существует взаимозависимость выборов людей. Поведение каждого индивида осуществляется в определенных институциональных условиях, то есть под влиянием действия институтов. Сами эти институциональные условия создаются людьми, но исходным при этом является согласие людей на осуществление обмена деятельностью. В процессе деятельности индивиды скорее не приспосабливаются к институтам, а пытаются их изменить в соответствии со своими интересами. Институты же, в свою очередь, могут изменить порядок предпочтений, но это означает лишь то, что измененный порядок оказался выгодным для политических акторов при данных условиях.

Недостатки данного методологического подхода заключаются в следующем: недостаточный учет социальных и культурно-исторических факторов, влияющих на поведение индивида; допущение сторонниками данной теории рациональности поведения индивидов (часто люди действуют иррационально под влиянием краткосрочных факторов, под влиянием аффекта, руководствуясь, например, сиюминутными порывами).

Несмотря на отмеченные недостатки, теория рационального выбора обладает рядом достоинств, которые и обуславливают ее большую популярность. Первое несомненное достоинство заключается в том, что здесь используются стандартные методы научного исследования. Аналитик формулирует гипотезы или теоремы на основе общей теории. Методика анализа, применяемая сторонниками теории рационального выбора, предлагает конструирование теорем, включающих альтернативные гипотезы относительно намерений политических субъектов. Потом исследователь подвергает эти гипотезы или теоремы эмпирическому тестированию. Если реальность не опровергает теоремы, эта теорема или гипотеза считается релевантной. Если результаты тестирования неудачны, исследователь делает соответствующие выводы и повторяет процедуру заново. Использование этой методики позволяет исследователю сделать вывод о том, какие действия людей, институциональные структуры и результаты обмена деятельностью будут наиболее вероятными при определенных условиях. Таким образом, теория рационального выбора решает задачу верификации теоретических положений путем тестирования предположений ученых относительно намерений политических субъектов.

Теория рационального выбора имеет достаточно широкую область применения. Она используется для анализа поведения избирателей, парламентской деятельности и формирования коалиций, международных отношений и т.д., широко применяется при моделировании политических процессов.

2.6. Дискурсный подход

Основы теории политического дискурса были заложены представителями кембриджской и оксфордской философской школы в 50-е гг. XX в., которые анализировали лингвистический контекст общественной мысли. Первые результаты исследования политического дискурса были опубликованы в серийном издании П. Ласлетт «Философия, политика и общество», начатом в 1956 г. В 70-е гг. термин «дискурсы» начинает широко использоваться в анализе политических процессов. В 80-е гг. возникает центр семиотических исследований, связанный с анализом дискурсов. Он концентрируется вокруг Т. Ван Дейка. Исследователи центра начинают уделять внимание не только содержательным аспектам, но и технике анализа политического дискурса. С этого момента можно говорить о становлении самостоятельного методологического подхода анализа политических процессов.

Для изучения политического дискурса представители данного методологического направления широко используют методы семиотического анализа (изучение дискурса-рамки), а также риторики и литературоведения (анализ конкретного дискурса-произведения). Дискурс-рамка по выражению Дж. Поккока и К. Скиннера - это «порождающая система». Для обозначения этого явления часто используются термины «язык», «идеология»; именно в этом значении говорят о дискурсе либерализма, консерватизма и т.п. Дискурс-произведение обладает определенным сюжетом, например дискурс выборов Президента РФ 2000 г.

Анализ знаковых систем предполагает выделение уровней их сложности. Простейшим уровнем является словарь, образуемый набором знаков. Это уровень семантики. Далее возникает более сложное построение, когда знаки объединяются с помощью кода. Это переход на уровень синтактики. Подъем еще на один уровень связан с включением в сообщение его субъектов с их особыми намерениями и ожиданиями. Это уровень прагматики. Именно данный уровень особенно важен для анализа дискурса.

Одним из наиболее развитых направлений анализа в рамках данного подхода является контекстный анализ политического дискурса, а точнее его отдельных составляющих. В результате такого контекстного анализа выявляются особенности смыслов отдельных составляющих политического дискурса, формирующиеся под воздействием внешних для него факторов (социально-экономических, культурных и политических условий). При этом признается, что дискурс не является простым отражением процессов, происходящих в других областях социального мира, например в экономике. Он объединяет смысловые элементы и практики всех сфер общественной жизни. Для объяснения процесса его конструирования используется концепция артикуляции. Соединись, разнородные элементы образуют новую конструкцию, новые смыслы, новую череду смыслов или дискурс. Например, лейбористское правительство, пришедшее к власти в Англии в 1950-х гг., выстроило свою программу, используя различные идеологические компоненты: государство всеобщего благосостояния, обещания всеобщей занятости, кейнсианская модель управления, национализация определенных индустрий, поддержка предпринимательства, холодная война. Эта стратегия была не просто выражением интересов определенных социальных слоев общества, ответом на изменения в экономике; она явилась результатом объединения различных политических, идеологических и экономических моделей, в результате чего был сконструирован новый дискурс.

Обращение при анализе дискурса-произведения к достижениям риторики и литературоведения предполагает, в первую очередь, использование методов, связанных с анализом сюжета. Здесь существуют хорошо зарекомендовавшие себя схемы и модели, которые позволяют представить отдельные политические события и процессы (митинг, избирательный процесс и т.п.) как дискурс со своим сюжетом, смыслами и прочими параметрами и спрогнозировать его развитие. Большое внимание уделяется исследованию альтернативных сюжетов на основе одной исходной модели, а также изучению сюжетов с открытыми концами. Эта техника и позволяет получить хорошие результаты при анализе политического процесса как динамической характеристики политики.

Практическое применение теории дискурса можно продемонстрировать на примере анализа тетчеризма (С. Холл). Проект тетчеризма состоял из двух, во многом взаимоисключающих друг друга сфер идей и теорий: это элементы неолиберальной идеологии (артикулировались концепты «личные интересы», «монетаризм», «конкуренция») и элементы консервативной идеологии («нация», «семья», «долг», «авторитет», «власть», «традиции»). Он был основан на соединении политики свободного рынка и сильного госу­дарства. Вокруг термина «коллективизм», который не укладывался в рамки этого проекта, идеологами тетчериэма была выстроена целая цепь ассоциаций, которая привела к возникновению социального неприятия этого понятия. Коллективизм в массовом сознании стал ассоциироваться с социализмом, застоем, неэффективным управлением, властью не государства, а профсоюзов в ущерб государственным интересам. Итогом этой политики стало внедрение представлений, что социальные институты, выстроенные в соот­ветствии с идеологемой «коллективизм», несут ответственность за кризисное состояние экономики и затянувшийся застой в обществе. Тетчеризм стал ассоциироваться с индивидуальными свободами и личным предпринимательством, моральным и политическим омоложением британского общества, восстановлением закона и порядка.

Одним из направлений анализа политического дискурса является постмодернистский подход. О постмодернизме в дискурсивном анализе нельзя не упомянуть в силу того, что данное направление получает все более широкое распространение в социальных науках, в том числе и в политологии и считается одним из «модных» направлений социального и политического анализа. Остановимся кратко на его характеристике.

При анализе политического дискурса постмодернисты исходят из следующих посылок. Они отрицают возможность существования единого и разделяемого всеми образа реальности, который можно точно изучить и объяснить. Окружающий мир создается верованиями и поведением людей. По мере распространения идей, люди начинают верить в них и действовать в соответствии с ними. Будучи закрепленными в определенных правилах, нормах, институтах и механизмах социального контроля, эти идеи тем самым создают реальность.

Большинство представителей данного направления полагают, что смыслы необходимо искать не в окружающем внешнем мире, а только в языке, который является механизмом создания и транслирования индивидуальных представлений. Поэтому исследование языка объявляется главной задачей науки. Провозглашается необходимость понять, каким образом происходит формирование и конструирование объектов реальности; единственным путем достижения этой цели считается интерпретация языка посредством текста. Как считают представители постмодернистского направления, для понимания дискурса достаточно проанализировать только сам текст.

Таким образом, в рамках постмодернизма отсутствует полноценный анализ политического дискурса, поскольку анализу подвергаются лишь получаемые исследователями его субъективные смыслы. В этом отношении показательно, что в рамках постмодернизма даже не дается определения понятия дискурс, хотя сам термин используется достаточно широко. В целом постмодернистский подход к анализу политического дискурса нельзя признать особенно плодотворным, хотя несомненно то, что в рамках данного направления анализируется немало фактического материала, обращение к которому представляет несомненный интерес для дальнейших исследований.

Литература

Ильин М.В. Ритмы и масштабы перемен: о понятиях «процесс», «изменение» и «развитие» в политологии // Полис. 1993. №2.

Курс политологии: Учебник. – 2-е изд., испр. и доп. – М., 2002.

Основы политической науки. Учебное пособие для высших учебных заведений. Ч.2. – М., 1995.

Политический процесс: вопросы теории. – М., 1994.

Политический процесс: основные аспекты и способы анализа: Сборник учебных материалов / Под ред. Мелешкиной Е.Ю. – М., 2001.

Политология для юристов: Курс лекций. / Под ред Н.И.Матузова и А.В.Малько. – М., 1999.

Политология. Курс лекций. / Под ред. М.Н.Марченко. – М., 2000.

Политология. Учебник для вузов / Под ред М.А.Василика. – М., 1999.

Политология. Энциклопедический словарь. - М., 1993.

Соловьев А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов. – М., 2001.

Шутов А.Ю. Политический процесс. – М., 1994.